December 26th, 2018

Московская биржа. Превращение в кухню

Замечательная иллюстрация того, почему крупные инвестиционные структуры и корпорации не торговали в России, не торгует и торговать не будут, а физики в целом с недоверием будут относиться к финансовому рынку.

У Московской биржи были неплохие шансы на развитие товарной секции с потенциальным переходом на поставочные контракты при привлечении в рынок хэджеров – компаний из реального сектора экономики, тех же металлургов, нефтегаз, агропром. Помимо этого, были многообещающие перспективы на прием возвращаемых капиталов западно-ориентированной элиты, которую третируют по политическим мотивам и в целом на сопряжение в рынок народных масс по мере роста денежной массы и свободных средств. Ключевое слово «были».

Есть старая народная пословица, что человек может выйти из деревни, а деревня из человека нет или же можно выйти из бандитских подворотен, но не выпустить бандитские нравы из себя. В принципе, 25 декабря войдет в историю, как безнаказанный триумф бандитских методов, свойственным лихим 90-м.

В чем суть? Есть такой контракт на срочном рынке под названием «BR». Это вам не какой-то условный «ололош», являющиеся производной от газообразования бегемотов в африканских джунглях со случайным ценообразованием.

Биржа его вполне внятно идентифицирует из пункта 2.2.2 «В целях определения Обязательства по расчетам текущая Расчетная цена (цена исполнения Контракта) считается равной значению индекса на нефть сорта «BRENT» (ICE Brent Index), который публикуется на сайте ICE по адресу www.theice.com и используется для исполнения соответствующего фьючерсного контракта Brent Crude Futures, определенного в соответствии с пунктом 1.5 Спецификации.»

Второе, что следует отметить. Контракт на «Brent» на срочном рынке пока единственный растущий актив. С 2011 года биржа деградирует, объемы снижаются, народ уходит, компании не заинтересованы в российском рынке и предпочитают работать на предсказуемых западных площадках. Привлечь хэджеров из реальной экономики не удалось. Срочный рынок в России является не механизмом хэджирования процентных, кредитных и ценовых рисков реальной экономики, как в развитых странах, а неким таким пристанищем лудоманов и арбитражеров. Причем достаточно мелких.
Collapse )